guriny (guriny) wrote,
guriny
guriny

Category:

Книги в детстве, юности и сейчас.



   Если вспомнить те книги, что  я читал в детстве, то на первый план выйдет естественно "Конёк-горбунок". Это была любимейшая моя книга довольно долгое время. Сначала мне её читали родители, потом я стал читать её сам. Родители даже говорили, что я знал всего "Конька" наизусть. Но это вряд ли. Они просто преувеличивали мои способности. Но некоторые фрагменты из "Конька" я помню до сих пор. Например:

Вдруг выходит дьявол сам,
С бородою и с усам,
Морда ровно как у кошки,
А глаза-то - что те плошки.

Вот и стал  тот чёрт скакать,
И зерно хвостом сбивать...





За точность не ручаюсь, но как-то так. Чем уж меня зацепило - не знаю. Наверное, тем, что там был чудесный кит. Про кита мне нравилось читать больше всего. Я сидел и представлял себе.

Мужики на губе пашут,
Между глаз мальчишки пляшут,
А в дубраве меж усов,
Ищут девушки грибов.



    В глубоком детстве сказки, которые мне читали родители, запоминались очень хорошо.  и иногда я "обратно" пересказывал их родителям.
-Мама, хочешь я тебе расскажу сказку про Кузьму Скоробогатого и лисичку?
    А когда я чуть подрос, то стал читать много и читал всё, что попадёт под руку. Тут и Стивенсон, и разные классические произведения, и какая-то позабытая ныне советская фантастика. Очень любил ходить в библиотеку. Хожу там между стеллажами, и вдруг цапну какую-нибудь чем-то приглянувшуюся книжечку. А потом стою на остановке и смотрю в тёмное небо, с которого падают крупные снежные хлопья. И кажется мне, что я лечу на космическом корабле. Лечу быстро-быстро сквозь Вселенную. А снег - это вовсе не снег, а звезды. Тысячи снежинок-звёзд, миллионы.И мой корабль летит сквозь них, летит... А книги, чтоб не намокли от снега - под пальто. Словно котята.
    То, что задавали читать в школе, всегда прочитывал от корки до корки. И "Войну и мир" и "Тихий Дон". "Тихий Дон" читал перед школой. Проснусь пораньше и читаю. Потом смотрю на часы - пора в школу. Надолго осталось от "Тихого Дона" ощущение злости, жестокости, агрессивности людей. Это там почти повсюду. А от ещё одной книжки про те же времена в душе моей "пошатнулся" социализм. А ведь я считал себя порядочным комсомольцем и верным сыном партии. Об этом я как-то писал.
    Несколько раз перечитывал я "Героя нашего времени". Тщетно пытаясь понять и разобраться в том, что за человек этот Печорин. Как мне к нему относиться, и за что ж его, собаку, объявили героем? Так и не понял. Только спустя годы до меня дошло, что про Печорина - это чтение не для 14-летнего мальчишки. Кстати взялся я за него после того, как услышал, что девочки из нашей художки говорят о нём со знанием дела, обсуждают там что-то. Они могут, а я? Ведь я тоже его читал, но... Сочинение по Печорину  (а мы писали тогда сочинения по поводу прочитанных книг) я писал привычным способом. Открыл предисловие к повести и изложил то, что там было написано, своими словами. Если нет собственных мыслей "по поводу", то приходилось действовать так.



    Любил читать про рыбу. Как же, как же, я ж в те времена рыбачок был. Всегда брал в библиотеке толстые журнал "Рыболов-спортсмен". Правда журналы эти никак не помогали мне ловить рыбу большую-пребольшую. Не мог я применить на практике журнальные советы типа: "где отыскать самого крупного короеда, на которого клюёт вот такенный окунь". Да и читал я больше не советы, а рассказы о рыболовных приключениях. "А если палкой по воде ударить, то толстолобик обязательно из воды выпрыгнет. Один особо крупный выпрыгнул и в нашей лодке стекло лобовое разбил." Потом оказалось, что это простое средство действует далеко не везде. На Дальнем Востоке действует и в Америке действует. А вот в Верхнем Тагиле - хоть заколотись пакой по воде -ни один не вынырнет.
    Однажды в поисках "рыбного чтения" набрёл на "Царь-рыбу" Астафьева. А оказалось, что там про рыбу - совсем немножко. А большая часть - про людей, про их непростые, часто откровенно гнусные и отвратительные отношения между собой. Любое чтение "про жизнь, как она есть" повергало меня тогдашнего в грусть и безнадёгу. Сейчас я стал куда более устойчивым и толстокожим. Говорят, что толстая кожа - это признак, доставшийся нам от неандертальцев.



    А потом, уже в старших классах, одноклассники подарили мне вторую после "Конька" любимейшую книгу. Мне было сказано:
-Мы же твой характер хорошо изучили - тебе должна эта книга понравиться.
Эти слова меня неприятно озадачили. Они изучили... Я и сам-то своего характера толком не знаю, а они вон, изучили, поняли меня и раскусили. Неужели я настолько прост? Всем же хочется наоборот быть загадочными. Но книга мне и вправду понравилась. Я читал её в поезде, а за окном пролетали леса и поля родного Урала. Книга была "Время вперёд!" Валентина Катаева.
    И долго потом я был очарован тем ощущением силы и страсти, исходящим от героев этой книги. Это была молодёжь первой пятилетки. Они приехали на Южный Урал строить металлургический завод. Созидатели, которые шли на работу, как в бой. Иногда - буквально - с песнями и под знаменем. Бесконечно уверенные в своей правоте и поэтому всемогущие. Для них не были препятствием ни чья-то косность, ни бюрократизм, ни даже ураган. У них не было малых и больших дел. Любое дело - копать канаву, таскать бетон, рисовать плакат, писать статью о том, что "для душа не поставляют труб" - это всё сверхважно, всё для главного, для торжества идеалов социализма - самого справедливого в истории человечества уклада жизни . 

"Время, вперёд!" Кадр из фильма, снятого по книге Катаева.


    Ещё одна любимейшая книга моей юности - это "Мои скитания" Гиляровского. Её мне купили родители уже во время Перестройки. Купили скорее всего чисто случайно. Открыл отец первую страницу, а там: "Далеко протянулись во все стороны дремучие вологодские леса..." И он вспомнил своё детство, которое так же, как и у Гиляровского, прошло в вологодских лесах. Они жили в городе Кириллове на берегу Сиверского озера под стенами древнего монастыря.
    Юные годы Гиляровского вместили многое. Жизнь в деревне, учёба в гимназии, походы по лесам. А потом он "ходил в народ", был одним из последних бурлаков на Волге. Бурлаки были тогда уже вымирающей профессией, ибо их активно вытесняли пароходы. Был грузчиком на пристани, таскал тяжеленные мешки с мукой. А грузчики в то время были особой кастой и даже одевались почти как сказочные богатыри. Работал Гиляровский и на страшном белильном заводе, где люди быстро умирали, вдыхая ядовитый свинец (белила были свинцовые), жил  в одной избе с разбойниками. Служил в цирке, объезжал лошадей. Учился в военном училище, бродяжничал, ездил зайцем в товарных поездах, ушёл добровольцем на войну с Турцией. А потом вдруг да и попал в театр. "В театр в те времена не поступали,  а попадали, как попадают под поезд или в больницу..." Впрочем, тут я чуть ошибся. Сначала театр, потом война с Турцией. А после войны - опять театр.



    Россия тех времён (конец 19-го века) предстаёт перед нами страной сказочной и удивительной. У Гиляровского и близко нет ничего такого, о чём писали все без исключения русские классики. А писали они о бедном, унылом, забитом народе, который "последний хрен без соли доедает". О невежественных и жестоких мещанах-обывателях. Или о бесхребетной и бесхарактерной интеллигенции, которая проедает последние деньги, и ни к какому труду неспособна вовсе. Типа: "ярославская бабушка нам последние три тысячи прислала - поедем в Карлсбад, с годик поживём, а там...".     
     Вместо всей этой "моли и голи" Россия Гиляровского населена людьми деятельными, сильными, весёлыми и добрыми. А какими же ещё они могут быть в такой стране, как наша? Где "горы высокие и степи просторные", где леса дремучие, а в реках водятся стопудовые белуги. Как его в советское-то время не тронули, как проглядели - думал я. Ведь Гиляровский, несмотря на то, что принял социалистическую революцию всей душой, писал о том, что было "строго не рекомендовано" советскому писателю. У советских же долно быть так - всё, что до революции - сплошная чёрная полоса.
     Вот. О книгах детства и юности написал. Теперь о книгах дня сегодняшнего. Тут тоже есть свои особенности. Сегодняшние книги, они "помойные". В том смысле, что значительная их часть подобрана как раз на помойке. Или кем-то отдана, чтоб не выбрасывать. То есть вместо помойки - к нам. Так ко мне пришли "Казаки" Толстого, рассказы Куприна, первый том "Тихого Дона", "Мещерская сторона" Паустовского и множество других самых разных книг. В библиотеку я не хожу давно. Вернее хожу, но чаще для того, чтобы отнести ненужные мне книги в тот шкафчик, где "книга ищет друга". Вот эти-то, случайно доставшиеся мне книги я сейчас и читаю. То есть, принцип тот же, что и в детстве - читать всё, что под руку попадётся. 
    Некоторые раз прочитав, не раскрываю больше, другие читаю чаще.  И всегда читаю "Хоббита". Однажды в школе, классе в четвёртом, нам его читала учительница. Немного успела прочитать за урок. Дошла лишь до "каменных великанов, которые перебрасывались обломками скал, как мячиками". Она предупредила нас, что "Хоббит" - книга редкая, и в библиотеке мы вряд ли сможем её взять, она всегда на руках. Книгу эту я запомнил, но только лишь недавно она опять попала в мои руки. И я теперь читаю её и читаю. Снова и снова. В отличие от многих других книг "Хоббит" мне никогда не надоедает. "Властелина колец" я тоже пытался читать. Но что-то не осилил. Наверное, потому, что читал я его с экрана монитора. А может перевод был не слишком удачным. С трудом дошёл до эльфийского леса и Галадриэли, а дальше охота пропала.



     Раньше, когда меня что-нибудь расстраивало или не ладились дела, я читал Бориса Шергина. Он писал о Русском Севере, писал рассказы, по которым были сняты известные мультики, и смешные, и печальные. "Для увеселения", "Мартынко", "Мистер Пронька", "Золочёные лбы". Кроме этих известных вещей в моей книжке довольно большой массив дневниковых записей писателя. Шергину в жизни было трудно. Он не умел бойко прославлять вождей, хоть и относился с сочувствием к революции. Был человеком верующим. Он писал только о том, что по-настоящему любил. О море, о русском северном народе и его жизни. И когда мне было плохо, я читал, как было плохо и голодно ему, человеку бесконечно талантливому, но незамеченному власть предержащими. 



    Много и охотно читал "врага и предателя нашей советской Родины" Резуна-Суворова. Такой вот он "враг и предатель", что всегда писал с неизменным уважением и даже с восхищением о нашей армии, нашем оружии, наших полководцах. А тут недавно стал читать ещё раз его роман "Выбор"- и не смог. Дошёл до слов, которые говорил в романе Сталин: "а как бы нам ещё эффективнее унизить товарища Ежова перед тем, как его расстрелять". И что-то расхотелось. 
    Много читал Акунина, но запомнил плохо. И совсем не перевариваю тех авторов, кто специально выискивает какую-нибудь грязь в истории или сегодняшней жизни России. Да и СССР тоже. Вот, пожалуй и всё о моём "круге чтения". Хотя тема "богатая", может быть, я к ней ещё вернусь.
   

Tags: размышления
Subscribe

Posts from This Journal “размышления” Tag

  • Минуй нас....

    Это будет как бы продолжение вот этого поста про меркантильную мысль. Бывает у меня так, что я вдруг замечаю, как много рядом со мной людей…

  • А можно и я скажу про Грету Тунберг?

    А то все уже высказались, только я один молчу. Не знаю, почему вокруг Греты такой ажиотаж. Всё, что она говорила о глобальном потеплении и о том,…

  • Территория смирившихся?

    Наверное уже все слышали, что провинция – это территория смирившихся. Вот, цитату нарыл. От неких мудрых. Вот. «Знаете, периферия – территория…

  • Наконец-то эту мысль высказали.

    Одна из главных мыслей в книгах Резунаа-Суворова - этот то, что Сталин планировал захват всей Европы и ради этого "создал" Гитлера. Создал, чтобы…

  • Наша Таня громко плачет.

    Все знают этот стишок Агнии Барто: Наша Таня громко плачет, Уронила в речку мячик, -Тише, Танечка, не плачь, Не утонет в речке мяч. А ведь это…

  • Такие разные убийства.

    Вот есть два похожих преступления. Покушение на отравление Скрипаля в Англии и убийство Хангошвили в Берлине. И мотив один и тот же, и…

  • Смотрю тут "Игру престолов".

    Смотрю, значит, я "Игру престолов". Первый сезон посмотрел и второй. Раньше вот не удосуживался, а теперь интересно стало. Не знаю, хватит ли у…

  • (no subject)

    Давно уже не было такого, как сейчас. Чтоб писать в ЖЖ вообще ничего не хотелось. Наверное, это пройдёт. Или нет...

  • И кто сказал, что мысли материальны?

    Мне много раз говорили, что "мысли материальны". Да, наверное, и каждому говорили это не по разу. Типа думай о хорошем, и оно исполнится. А о…

promo guriny март 7, 02:19 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Никакой я не мучитель, Просто школьный я учитель, Никакой я не маньяк, Просто я учу их так.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments